Краткое рассуждение о том, что произошло в Московии со времени царствования Ивана Васильевича, императора, до Василия Ивановича Шуйского

КРАТКОЕ РАССУЖДЕНИЕ О ТОМ, ЧТО ПРОИЗОШЛО В МОСКОВИИ СО ВРЕМЕНИ ЦАРСТВОВАНИЯ ИВАНА ВАСИЛЬЕВИЧА, ИМПЕРАТОРА, ДО ВАСИЛИЯ ИВАНОВИЧА ШУЙСКОГО

Сочинение Пьера Делавиля де Домбаля 1611

Иван Васильевич царствовал сорок лет (Иван IV Грозный (1530-1584) — великий князь с 1533 г., первый русский царь (с 1547 г.), так что срок его правления указан автором приблизительно.) и в своё правление увеличил государство завоеваниями Казанского и Астраханского царства и некоторых мест в Ливонии (В результате Ливонской войны Россия не только ничего не приобрела, но утратила все завоевания в Ливонии, а также часть собственных владений (Ивангород, Ям, Копорье, Корела с уездом)). Но в отношении подданных он правил как тиран, убил собственного сына Ивана Ивановича (Lekneet Ivanowits) (Иван Иванович (1554-1581) - царевич, старший сын Ивана Грозного (не считая умершего в 1553 г. младенца Дмитрия). Погиб от руки отца во время ссоры.) и желал продолжить злодейства, но был тайно отравлен своим врачом Жаном Нилосом (Jean Nilos) (По-видимому, речь идет о докторе Иоганне Эйлофе, который подчинялся главе Аптекарского приказа Богдану Бельскому. Некоторые современники (Исаак Масса, гетман Жолкевский, Иван Тимофеев) придерживались сходной версии об отравлении Ивана Грозного) по приказанию двух царских советников - Богдана Бельского и Бориса Годунова (Бельский Богдан Яковлевич (?-7.3.1611) - государственный деятель. Племянник Малюты Скуратова-Бельского. Выдвинулся в период опричнины. В 1575-1576 гг. - главная фигура при Государевом дворе. После смерти Ивана Грозного - член регентского совета, выступал претендентом на престол. В 1602 г. подвергся опале и ссылке. Активно поддерживал Лжедмитрия I, который пожаловал ему боярское достоинство. С 1606 г. - воевода в Казани, где и погиб.

Борис Годунов (ок. 1552-13.4.1605) - русский царь (с 17 февраля 1598). Его возвышение в период опричнины связано с женитьбой на дочери Малюты Скуратова (ок. 1570 г.) и браком царевича Фёдора с сестрой Годунова (ок. 1575 г.). С воцарением Фёдора Борис Годунов стал одним из главных членов правительства, а с 1587 г., после ожесточённой дворцовой борьбы, - единоличным правителем государства.).

После его смерти осталось двое детей: Фёдор Иванович и Дмитрий Иванович.

Старший, Фёдор Иванович, после смерти отца был коронован императором и царствовал четырнадцать лет (Федор Иванович (1557-6.1.1598) - царь с 19 марта 1584 г. Второй сын Ивана Грозного и Анастасии Романовны. По мнению большинства современников, был неспособен к государственной деятельности. Реальная власть в его царствование находилась первоначально в руках регентского совета, назначенного Иваном Грозным, а с 1587 г. - Бориса Годунова, на сестре которого Ирине был женат Федор Иванович. Царствовал 13 лет и 10 месяцев.) в полном единении со своей страной, присоединил к своему государству Сибирское царство (Завоевание Сибири началось в конце царствования Ивана Грозного. При Федоре Ивановиче Сибирское ханство было окончательно разгромлено, продвижение русских, сопровождаемое активным строительством городов в Западной Сибири, продолжалось.), приказал построить множество крепостей в Диком поле (campagne Blanche) на границах Татарии (В царствование Федора Ивановича на южной границе для защиты от крымских набегов был построен ряд крепостей (Елец, Оскол, Валуйки, Воронеж, Кромы, Курск)).

Он также отвоевал у короля Иоанна Шведского четыре крепости: Иван-город, Копорье, Ям и Кексгольм (Иоанн (Юхан) III (1537-1592) - король Швеции с 1568 г. Сведения насчет уступки Кексгольма (Корелы) Иоанном не соответствуют действительности. На самом деле указанные крепости были возвращены России по условиям Тявзинского мира (1595). Это произошло в правление Карла IX.).

Что же касается подданных, то он царствовал так, что они обычно признавались, что не были столь счастливы ни при ком из его предшественников. Затем он был отравлен по приказу Бориса Годунова (Историки считают, что Фёдор Иванович умер естественной смертью, но среди иностранцев-современников (Ж. Маржерет, И. Масса, C. Жолкевский) ходили слухи о его отравлении Борисом Годуновым.).

Брат Фёдора князь Дмитрий по повелению Бориса Годунова был зарезан ножом после смерти Фёдора в возрасте семнадцати лет сыном дьяка по имени Михаил Битяговский (Michel Thogorosky) (Дмитрий Иванович (1582-1591), сын Ивана Грозного от последнего брака с Марией Нагой. В 1584 г. получил в удел Углич, где находился вместе с матерью до своей гибели в девятилетнем возрасте при не выясненных до конца обстоятельствах, которые позже способствовали появлению самозванцев и до сих пор по-разному трактуются историками.

Дьяк Михаил Битяговский, направленный Борисом Годуновым незадолго до гибели царевича Дмитрия в Углич, был обвинён в гибели царевича и убит посадскими людьми Углича 15 мая 1591 г.).

Затем Борис Годунов путем интриг был избран императором (После смерти бездетного Фёдора Ивановича Борис Годунов был избран царём на Земском соборе 17 февраля 1598 г.), но царствовал неудачно, ибо через три года после коронации настал великий голод, который погубил двести или триста тысяч человек (Массовый голод в России 1601-1603 гг., по свидетельству современников, унёс сотни тысяч жизней.), и этот голод длился также три года.

После голода восстал некий монах по имени Гришка Отрепьев (Kriska Otreka), называясь Дмитрием Ивановичем, которого Борис велел убить в [126] молодости, но который чудесным образом спасся в Польше (Лжедмитрий I (ок. 1580-17.5.1606) - самозванец, выдававший себя за царевича Дмитрия Ивановича. По официальной версии правительства Бориса Годунова, это был Юрий (в монашестве Григорий) Богданович Отрепьев, происходивший из мелкопоместных галицких дворян. В 1602 г. бежал в Литву, где нашел покровителей в лице некоторых вельмож. В октябре 1604 г. во главе 6-тысячного войска, половину которого составляли казаки, вступил в пределы России.). При его появлении на границах Московии с армией в двадцать тысяч поляков (В войске Лжедмитрия было около 3 тыс. поляков.), русские и московиты думали, что это настоящий Дмитрий, убитый по приказу Бориса Годунова, и некоторые северские города перешли на его сторону.

Годунов оказался покинутым частью своих войск, которые также приняли сторону Дмитрия, который сделался столь сильным, что разбил армию Годунова (18 декабря 1604 г. под Новгородом-Северским войско Лжедмитрия одержало победу над правительственными войсками, потери которых составили 4 тыс. человек. Однако в январе 1605 г. войско самозванца потерпело сокрушительное поражение под Добрыничами. От полного разгрома самозванца спасли поддержка местного населения и внезапная смерть Бориса.). При этом Годунов потерял сто тысяч человек, после чего принял яд, боясь попасть в руки своих подданных, процарствовав таким образом семь лет (Борис избран на царство 17 февраля 1598 г., а умер 13 апреля 1605 г. Имеются свидетельства современников, что Борис «упоил себя смертоносным зельем». Однако историки более склонны доверять известию, что царь умер от апоплексического удара.).

После смерти Бориса его сын Фёдор Борисович был избран императором или великим герцогом, но только москвичами, без согласия всей земли (В момент смерти Бориса его сыну Федору (1588-1605) было около 17 лет. Население Москвы и войско принесли ему присягу, а по городам были разосланы грамоты о вступлении Федора Борисовича на престол.). Желая завоевать сердца подданных, он выпустил всех заключённых, которых держал в тюрьмах его отец, и делал щедрые посулы своим подданным, обещая им большие милости и льготы, если останется императором.

Но это не помогло. Дмитрий набирал силу, и города ежедневно подчинялись ему один за другим. Он писал жителям Москвы, что они должны признать свою вину и посадить под арест Фёдора Борисовича, его мать, дочь (на деле - сестру. - С.М.) и всех родственников и добровольно принять его сторону, тогда он простил бы им всё, что они совершили против него.

Русские согласились, заключили в тюрьму царя и весь его род и предались Дмитрию, который после этого успеха послал в Москву одного из русских вельмож по имени князь Василий Васильевич Голицын (Голицын Василий Васильевич (ум. 1619) - князь, полководец. В 1604 г. был назначен воеводой в передовой полк армии, направленной против Лжедмитрия. После смерти Бориса перешел на сторону самозванца. Затем участвовал в низложении Лжедмитрия и Василия Шуйского. Его имя называлось в числе кандидатов на российский престол в 1613 г.) с сорока [127] тысячами русских (Войско под командованием братьев Василия и Ивана Голицыных и Петра Басманова, пришедшее в Москву в июне 1605 г., насчитывало несколько тысяч человек.), поручив ему удавить юного императора и его мать и держать его сестру в тюрьме до прихода Дмитрия, а родственников сослать на границу Казани (Orasan) и Сибири (Федор, его сестра Ксения и мать Мария были арестованы в день московского восстания 1 июня 1605 г., а через день, 3 июня, Федор с матерью были убиты. Это произошло еще до вступления Самозванца в столицу. Проведение этой акции было поручено дворянам М. Молчанову, А. Шерефетдинову и стрельцам.).

Когда это было исполнено, Дмитрий был принят и коронован в Москве с большой пышностью. Царствование Фёдора продолжалось только семь недель (Правление Федора продолжалось с 16 апреля по 1 июня 1605 г.). После коронации Дмитрий сделал дочь Бориса своей наложницей, а затем отослал её в монастырь, по обычаю страны; некоторые говорили, что в монастыре она родила сына.

Спустя некоторое время после коронации он женился на дочери герцога Сандомирского (Марина Мнишек (ок. 1588 - ок. 1615) - дочь польского магната Юрия Мнишка. Обручение ее с Лжедмитрием состоялось 12 ноября 1605 г. в Кракове. Прибыла в Москву 2 мая 1606 г. в сопровождении огромной свиты в 2500 человек. Бракосочетание и коронование ее состоялось 8 мая. Во время восстания 17 мая Марина была взята под стражу, а в августе того же года выслана вместе с отцом и братом в Ярославль. После многочисленных приключений в России политическая авантюристка умерла в тюрьме.), польке, без согласия русских, что заставило их подозревать его в желании ввести католическую религию в их стране, а также отдать их под власть поляков.

К тому же они обнаружили, что это был ненастоящий Дмитрий, в действительности - монах, сын бедного дворянина, и, раскаиваясь в том, что дали себя таким образом обмануть, через десять дней после свадьбы убили Дмитрия (Бракосочетание и коронование Марины состоялось 8 мая, а убийство Лжедмитрия - 17 мая.).Виновником его смерти был князь Василий Иванович Шуйский, который затем был избран императором как один из главных князей государства (Василий Иванович Шуйский (1552-1612), происходил из рода суздальских князей, изворотливый политик и интриган. «Выкрикнут на царство» после восстания 17 мая 1606 г. Умер в плену в Польше.). Убитый Дмитрий был сожжён, а прах его был развеян (Жак Маржерет писал о том, что через несколько дней после смерти Лжедмитрия, когда наступил великий холод (конец мая 1606 г.), «Дмитрия вырыли, и сожгли, и обратили в пепел».); также с ним [128] был убит Пётр Фёдорович Басманов (Zornanova) (Басманов Петр Федорович (ум. 17.5.1606) - воевода, сын и внук известных опричников, приближённый царя Бориса Годунова. В апреле 1605 г. назначен вторым воеводой царских войск под Кромами, где стал одним из руководителей антигодуновского заговора. 7 мая перешел на сторону противника. Был ближайшим советником Лжедмитрия, убит вместе с ним.), русский по национальности.

Василий Иванович Шуйский через три дня после смерти Дмитрия был избран императором только Москвою, а также некоторыми знатными лицами из Новгорода и Смоленска, которые находились в Москве. Это свершилось без признания всей земли, которая возмутилась и восстала против Москвы, которая присвоила себе право избирать и свергать их императора. Соединились вместе Северская земля, Рязанская, Казацкая (Cosivie), затем за ними последовало Астраханское царство, выставили в поход более ста тысяч человек против вышеназванного Шуйского, который также собрал около сорока тысяч человек, которые ему присягнули (Численность восставших и правительственных войск составляла не более 50 тысяч.), но, не чувствуя себя достаточно сильным, чтобы дать сражение, он отступил в Москву.

Объединившиеся против него русские преследовали его и осадили, желая силой свергнуть его и передать правление другому с общего согласия.

Их полководцем был Болотников (Болотников Иван Исаевич (ум. 1608) - предводитель широкого социального движения 1606-1607 гг., происходившего под лозунгом восстановления власти «царя Дмитрия». Военный холоп князя А.А. Телятевского. Предположительно, из разорившихся дворян.), природный русский, низкого происхождения, но опытный солдат, при нем имелся совет, его ближайшим помощником был Истома Пашков (Пашков Филипп Иванович, по прозвищу Истома, происходил из детей боярских южнорусских уездов, возглавлял один из отрядов движения Болотникова.).

Во время осады Москвы полководец Болотников и его помощник заспорили и разделились, чем воспользовался император Шуйский. Он вступил в тайные переговоры с Истомой Пашковым, привлёк его со всем его войском на свою сторону, а затем выступил из Москвы со своей армией и дал сражение Болотникову. И когда с обеих сторон были отданы приказы к бою, и следовало начать битву, Истома Пашков, помощник Болотникова, перешёл на сторону Шуйского и помог ему разбить своего начальника, который ему полностью доверял (В ноябре 1606 г. в лагере болотниковцев под Москвой произошел раскол. Между Болотниковым и Пашковым шла борьба за руководство восстанием. Пашкову были чужды призывы Болотникова к крестьянам и холопам расправляться со своими господами. В свою очередь, Василий Шуйский пытался подкупить дворянских вождей, что ему удалось. 15 ноября на сторону Шуйского перешел Прокопий Ляпунов со своим отрядом, а 2 декабря во время сражения у Нижних Котлов - Пашков с остальными дворянами. В итоге Болотников потерпел поражение, снял осаду Москвы, а после трехдневного сопротивления у села Коломенского отступил в Калугу.). [129]

Шуйский выиграл битву и избавился от осады. С обеих сторон было убито сорок тысяч человек. Шуйский взял в плен пятнадцать тысяч, которых он приказал утопить в Москве-реке. После этого поражения Болотников отошёл к Калуге, где он был осаждён Шуйским (В Калуге Болотников с декабря 1606 по май 1607 г. успешно отбивал все приступы царских войск.).

В то же самое время астраханские казаки выбрали себе великого герцога, которого звали Яков Вор (Jacques Worosy), низкого происхождения. Он называл себя Петром Федоровичем (Ивановичем) (Илейка Муромец («царевич Петр Федорович»), выходец из посадских людей города Мурома. Весной 1605 г. возглавил восстание в казачьей среде на реке Терек. На казачьем кругу провозглашен сыном царя Федора Ивановича - «царевичем Петром». Его отряды действовали на Волге, на Дону, в Северской земле. Весной 1607 г. направился в Тулу, где устроил свою базу. Из Тулы отправил отряды на помощь Болотникову, осажденному в Калуге. После победы восставших на реке Пчельня осада Калуги была снята. Болотников соединился в Туле с Илейкой в мае 1607 г.), давая понять, что он скрывался во время тирании Бориса Годунова, и появился около Астрахани с 4000 казаков.

И когда земли, объединившиеся против императора, узнали о проигранном сражении под Москвой и увидели своего предводителя осаждённым в Калуге, они потеряли надежду продержаться собственными силами и присягнули Петру Фёдоровичу Астраханскому и признали его покровительство во имя Дмитрия.

Что касается Дмитрия, который был убит в Москве, то они стали утверждать, что это был не он, что настоящий Дмитрий спасся в Польше, что они ждут его со дня на день с сильным войском поляков и литовцев. Всё это говорилось с тем, чтобы поддержать в народе желание низложить императора Шуйского и заставить его снять осаду Калуги. Таким образом, русские в течение двух лет вели между собой жестокую войну и потеряли в различных сражениях более 200000 человек (Потери враждующих сторон не поддаются точному исчислению, но приведенная цифра представляется преувеличенной.).

Но, наконец, великий герцог Шуйский остался победителем и осадил Петра Фёдоровича в крепости Тула, и через год после начала осады его собственные люди выдали его в руки императору Шуйскому, который велел его повесить в Москве, а тело бросить в воду. Иван Болотников и 14000 русских были в один день брошены в воду и утоплены по повелению Шуйского в Оке под Серпуховом (Осада Тулы велась царскими войсками с конца июня 1607 г. и продолжалась около 4 месяцев. После того как была построена запруда и река Упа затопила Тулу, в городе начались болезни и голод. Царь обманом склонил восставших к сдаче, обещая всех помиловать. Среди посадских людей Тулы возник заговор против Болотникова и Илейки. Вожди восстания были выданы царю. Основная масса болотниковцев была помилована царем. Илейка был повешен в Москве в начале 1608 г. Болотникова сослали на север, в Каргополь, где позже ослепили и утопили в проруби.). В то время, когда Дмитрий был [130] убит в Москве, с ним было убито 400 поляков, приехавших с дочерью герцога Сандомирского, но сам герцог со своей дочерью и польский посол с 200 поляками, избежав кровопролития, были посажены в разных местах под арест.

Слыша об ужасном обращении со своими соотечественниками в Москве, а также о том, что русские разобщены и потеряли в гражданских войнах своих лучших воинов, поляки решили отомстить за смерть своих земляков и выручить своих пленников. Они выступили в поход с новым Дмитрием, которого русские признали, говоря, что он не был убит (Лжедмитрий II (ум. 11.12.1610 г.), самозванец, выдававший себя за спасшегося от убийц в Угличе и от восставших москвичей царевича Дмитрия Ивановича. Появился в 1607 г. в Стародубе-Северском. Провозгласив себя «царем Дмитрием», собрал войско, основу которого составляли польские отряды, а также часть южнорусского дворянства, казаки, остатки отрядов И. И. Болотникова.).

Многие русские, узнав об этом походе, покидают Шуйского и принимают сторону поляков с их Дмитрием, помогают сражаться против собственного отечества ради первоначальной цели - сместить с престола Шуйского. Узнав о происках поляков и русских, объединившихся против него, Шуйский собирает, сколько может, воинских людей, каковых набирается 100000 (Источники называют разные цифры - от 70 до 170 тысяч.), и передаёт начальство над ними своему брату князю Дмитрию Ивановичу Шуйскому (Шуйский Дмитрий Иванович (?-1612) - князь, брат Василия Шуйского. Участвовал в заговоре против Лжедмитрия I. После воцарения В. Шуйского занял одно из первых мест в государстве, участвовал в военных действиях против Ивана Болотникова. В борьбе с болотниковцами и отрядами обоих Лжедмитриев проявил себя как бездарный и трусливый военачальник.), чтобы идти против объединившихся в Северской земле поляков и русских. Оба войска сошлись около города Болхова (Boscora), и когда дело дошло до сражения, русские оставили поле битвы со всеми припасами и невероятными богатствами, таким образом, русские были побеждены без сопротивления (Битва под городом Болховом состоялась 30 апреля-1 мая 1608 г. Она продолжалась два дня и закончилась разгромом царских войск из-за ошибок командующего Дмитрия Шуйского.).

После этой победы поляки не упустили свою удачу: они берут города один за другим вплоть до Москвы во имя Дмитрия. Затем они осаждают Москву и устраивают свой лагерь в двух лье от города в Тайнинском монастыре (Tassiva-Rusma) (По-видимому, здесь речь идет о селе Тайнинском, расположенном к северо-востоку от Москвы на берегу реки Яуза.), разделившись на шесть частей, укрепляются [131] там с одной частью, состоящей из русских и поляков; осаждают Троицу в двенадцати лье от Москвы со второй частью (В сентябре 1608 г. Ян Петр Сапега нанёс поражение царскому войску и встал лагерем под Троице-Сергиевым монастырем. С этого момента началась знаменитая осада Троицы, которая продолжалась почти полтора года. Осада была снята Скопиным-Шуйским в январе 1610 г.); осаждают Калугу в восемнадцати лье от Москвы с третьей (Калуга, поддержавшая Лжедмитрия, названа ошибочно. Скорее всего, речь идёт о Коломне.); осаждают Томпусто (Tompusto) в двадцати восьми лье от Москвы с четвёртой (Возможно, речь идёт о Торжке, куда был послан отряд полковника Кернозицкого, переместившийся затем под Новгород.), осаждают Суздаль в шестидесяти лье от Москвы с пятой частью (Жители Суздаля отказались воевать против тушинцев, отправили послов к Сапеге под Троицу. После этого Сапега прислал в Суздаль А. Лисовского и воеводу Федора Плещеева (октябрь 1608 г.).), грабя повсюду страну; с шестой частью самым большим лагерем расположились в Тушино (Tusma) (Здесь речь идет о Тушинском лагере, который был основан недалеко от Москвы, на Волоколамской дороге между реками Москва и Сходня на холме за селом Тушино.), стараясь вызвать голод в Москве, захватывая все дороги, чтобы помешать подвозу продовольствия. Они держали Москву в осаде два года без семи недель (Лжедмитрий подошел к Москве в июне 1608 г., бежал из Тушина в Калугу в конце декабря 1609 г.) и довели голодом до такой крайности, что бочка ржи стоила там семь дублонов, и множество русских из-за голода переходило ежедневно к неприятелям со своими жёнами и детьми.

Император Шуйский, оказавшись в такой крайности, при помощи князя Михаила (Скопин-Шуйский Михаил Васильевич (ок. 1587-23.4.1610), князь, боярин, полководец, дальний родственник Василия Шуйского. Впервые проявил себя как военачальник в ходе подавления восстания Ивана Болотникова. В 1608 г. отправлен в Новгород воеводой. Ему поручено вести переговоры с Карлом IX о предоставлении военной помощи против Лжедмитрия II, а также собрать русскую ратную силу на северо-западе страны, что и было им успешно выполнено. Скопин совместно с Делагарди возглавил русско-шведское войско, блестяще провел ряд военных операций по борьбе с тушинцами. Снял осаду Троице-Сергиева монастыря и Москвы, торжественно въехал в Москву 2 марта 1610 г. По слухам, был отравлен из зависти родственниками Шуйскими в возрасте 23 лет.) добился помощи короля Карла Шведского (Карл IX Ваза (1550-9.10.1611), король Швеции, сын Густава I и младший брат Юхана III, дядя польского короля Сигизмунда III. В 1599 г. был избран правителем Швеции, а в 1604 г. коронован. В 1609 г. заключил с Василием Шуйским Выборгский союзный договор, направленный против Польши.), который управился со своими делами и, после того как русские обещали ему отдать по договору несколько городов и уездов за ожидаемое от него содействие, [132] послал господина Делагарди с 4000 человек (Делагарди Яков Понтус (1583-1652), шведский полководец и государственный деятель, граф (1615), генерал, сын Понтуса Делагарди, внук короля Юхана (Иоанна) III. В соответствии с Выборгским договором прибыл в Новгород во главе наемной армии (5 тыс. человек) и поступил в распоряжение М.В. Скопина-Шуйского. Численность наемников в дальнейшем постоянно менялась. Участвовал в освобождении Твери от тушинцев и в снятии блокады Троицы. Вместе с русскими отрядами вошел в Москву.). Они весьма счастливо изгнали и разбили поляков, и все их разрозненные части заставили собраться воедино, завоёвывая области, шаг за шагом, до самой Москвы, осаду которой поляки были вынуждены снять, боясь шведской помощи или из-за раздоров, которые случались между ними.

Князь Михаил Шуйский и господин Делагарди вступили в освобождённую таким образом Москву, где некоторое время спустя князь Михаил Шуйский умер. Утверждают, что он был отравлен братом императора, потому что народ его очень любил, и ему отдавалась вся честь спасения Москвы и всей страны.

Русские, бывшие на стороне Дмитрия, видя помощь шведского короля и освобождение Москвы, изменили своё мнение, и перешли на сторону Шуйского, который их прощает. Чувствуя себя сильным за счёт поддержки собственного народа, без помощи шведского короля, Шуйский намеревается изгнать ещё и поляков. Он собрал армию из русских, поставил во главе её брата князя Дмитрия Шуйского и послал навстречу неприятелю в район Можайска, не известив о том господина Делагарди, начальника иностранных войск (Д. И. Шуйский был назначен командующим объединенным русско-шведским войском. Из-за бездарности Д.И. Шуйского эта армия потерпела сокрушительное поражение от значительно уступающей ей по численности польской армии гетмана Жолкевского недалеко от Гжатска у села Клушино (24.6.1610)).

Находившиеся в Москве иностранцы сначала были весьма любимы как императором, так и народом, но они вели себя с такой наглостью и злостью, что это дало императору повод не платить им более, а пользоваться собственными людьми. Однако, видя, что враги сильны, и получая каждый день от своего брата просьбы прислать ему на помощь иностранцев, он удовлетворил их требования и отправил из Москвы. Что же касается моего полка, пришедшего в числе последних и сражавшегося шесть месяцев без платы, взявшего четыре или пять крепостей, то наше жалованье было нам послано уже в армию (Деньги для наемников привез из Москвы накануне битвы под Клушино 23 июня разрядный дьяк Яков Демидов. Однако Делагарди не раздал их, надеясь выплатить после сражения.). По приказу господина генерала наши войска отправились к главному войску, за исключением двух рот, которые я удержал за собой в Погорелом Городище (Polongovisch), взятой мною крепости, где я оставался больной. [133]

Иностранцы, соединённые с русскими войсками, получив известие, что польский полководец Жолкевский (Sevlosky) (Станислав Жолкевский (1547-1620), польский военачальник, гетман, канцлер, автор «Записок о Московской войне». Активный участник похода Сигизмунда III в Россию.) осадил Григория Волуева (Gregorius Valogne) (Валуев Григорий Леонтьевич, представитель дворянского рода, переселившегося из Литвы в Россию в XIV в. Г. Л. Валуев был активным участником майского переворота 1606 г., участвовал в убийстве Лжедмитрия I. Воевал под командованием Скопина-Шуйского. В июне 1610 г. Валуев вместе с Ф.А. Елецким во главе отряда (6 тыс. человек) послан для обороны важного укрепленного пункта Царево-Займище. Они храбро защищали укрепление от польского войска Жолкевского, однако 23 июня «не заметили» ухода поляков от крепости к Клушино. После поражения русского войска под Клушином Валуев и Елецкий подписали с Жолкевским договор об условиях избрания Владислава на московский престол. Впоследствии перешёл на сторону Михаила Фёдоровича.) в одной из крепостей, продвинулись вперёд для оказания ему помощи и расположились лагерем в трёх лье от неприятельской армии. Польский генерал атакует их на рассвете, согласно тайному сговору, который генерал имел с иностранными войсками, ибо за день до того перебежали к нему несколько солдат, которые заверили поляков, что иностранцы недовольны, и, если дело дойдёт до драки, они перейдут на их сторону под тем предлогом, что устали служить русским (Сведения об измене наёмников и их сговоре с поляками имеются и у польских авторов Жолкевского и Маскевича.).

Поляки внезапно нападают на лагерь, и генерал не имел никаких известий от своей стражи о противнике, который атаковал расположение войск без сигнала тревоги. И если бы не некий русский, который предупредил генерала, что враги уже готовы войти в лагерь, то они могли бы внезапно захватить генерала в его палатке.

В этой спешке господин Делагарди располагает своё войско в лучшем порядке, как только может, но не обошлось и без смятения, как это обычно бывает при всех внезапных нападениях. Кавалерия и пехота оказались разделёнными, так что не могли оказать друг другу помощь. Неприятели яростно напали на конницу и обратили в бегство ту её часть, что оказала сопротивление, другая часть добровольно перешла на их сторону.

Генерал, будучи в столь стеснённых обстоятельствах при бегстве кавалерии, не нашёл возможности соединиться с пехотой и был вынужден оставить поле боя, куда затем вернулся, получив известие, что пехота ещё держится крепко. Но когда он туда прибыл, пехота уже начала договариваться с неприятелем, чему он не мог помешать и сам был вынужден удалиться с тремя сотнями всадников, поклявшись не служить больше императору Шуйскому. Генералу поляков он предложил убедить меня сдать крепость, которую я удерживал, на приемлемых для меня условиях, что мне и было предложено. Но предпочитая честь и верность императору Шуйскому обещаниям поляков, я передал крепость в руки этого генерала, [134] не имея ни военных, ни продовольственных припасов, чтобы выдерживать осаду. Я посчитал за лучшее удалиться с моим генералом, чем договариваться каким-то образом с врагами. После этой катастрофы господин Делагарди нашёл меня в Погорелом Городище. Наши солдаты, зная после этого несчастья о потерях иностранцев, предпочли следовать примеру своих взбунтовавшихся товарищей, и суетная надежда грабежа, обещанного им в Москве поляками, увлекла их больше, чем опасности нашего отступления; итак, они сдали крепость полякам.

После этого наш генерал удалился к Новгороду с двумя или тремя сотнями оставшихся у нас всадников. Там, соединившись с пришедшими ко мне тремя ротами французов и зная о возмущении страны против императора Шуйского, которого его подданные заключили в монастырь (17 июля 1610 г. в ходе восстания против Василия Шуйского, которым руководили братья Ляпуновы и В.В. Голицын, царь был низложен. Власть перешла к Боярской думе (Семибоярщине). Через день Шуйского насильно постригли в монахи.), он ушёл на соединение с некоторыми отрядами, находившимися на границах Финляндии, и осадил город Кексгольм, пограничную крепость, а я ушёл с тремя моими ротами к Ладоге, также пограничному месту. Кексгольм был взят после семимесячной осады (Героическая оборона Корелы (Кексгольма) продолжалась с сентября 1610 г. до 2 марта 1611 г.), Ладога была взята с помощью колоколов за неимением петард.

Русские, оставленные таким образом иностранцами, видя поляков, укрепившихся в их стране, теряют бодрость духа и заключают договор с поляками (Речь идет о договоре москвичей с гетманом Жолкевским от 17 августа 1610 г.), прося у польского короля (Сигизмунд III Ваза (1566-1632), сын шведского короля Юхана III и польской принцессы Екатерины Ягеллонки. В 1587 г. после смерти Стефана Батория стал королем Польши, а в 1592 г. после смерти Юхана III унаследовал и шведскую корону. Ярый католик, он был низложен со шведского престола протестантским дворянством. Вёл войну со Швецией. Организатор польской интервенции в Россию, поддерживал Лжедмитрия I и Лжедмитрия II. С осени 1609 г. лично возглавил поход польского войска в Россию. Принимал участие в осаде Смоленска и в неудачном походе к Москве осенью 1612 г.) его сына Владислава (Владислав IV Ягеллон (1595-1648), сын польского короля Сигизмунда III. 4 февраля 1610 г. бояре-тушинцы заключили договор с Сигизмундом о возведении Владислава на русский престол. После свержения Василия Шуйского боярское правительство (Семибоярщина) подписало договор (17.8.1610) о признании Владислава царем и в сентябре 1610 г. отправило посольство к Сигизмунду III под Смоленск. Однако воцарение Владислава не состоялось первоначально из-за сопротивления польского короля, не подписавшего августовский договор, а затем из-за успехов освободительного движения. С 1632 г. - король Речи Посполитой. Окончательно отказался от притязаний на русский престол в 1634 г.) себе в императоры, с тем условием, что он приведёт с собой в Москву не более трёхсот человек, что будет прекращена осада Смоленска, что он крестится [135] в их веру и будет сохранять их привилегии. Об этом договорились с обеих сторон, после чего польский генерал Жолкевский хитростью вошёл в Москву с семью тысячами человек (После августовского договора бояр с Жолкевским поляки во главе с самим гетманом 27 августа прошли через Москву, намереваясь напасть на отряды Лжедмитрия II, но тот накануне ночью бежал в Калугу. Полностью поляки вошли в Москву и расположились в разных концах города через месяц, 1 октября 1610 г.). Русские присягнули на верность Владиславу Сигизмундовичу и послали к польскому королю, который тогда был под Смоленском, своего великого патриарха Филарета Романовича (Патриарх Филарет (в миру Федор Никитич Романов, ок.1555-1633). Двоюродный брат царя Федора Ивановича, в 1600 г. по приказу Бориса Годунова был сослан в Антониев Сийский монастырь, где был пострижен в монахи под именем Филарета. Возвращен из ссылки Лжедмитрием I в 1605 г. и возведен в сан ростовского митрополита. 11 (21) октября 1608 г. был захвачен тушинскими отрядами при взятии Ростова и отправлен в Тушинский лагерь, где провозглашён патриархом. Участвовал в заключении 17 (27) августа 1610 г. договора с гетманом Жолкевским о признании русским царем королевича Владислава. В сентябре возглавил посольство к королю Сигизмунду под Смоленск, которое должно было закрепить условия договора. В ходе переговоров Филарет и Голицын отказались принять условия короля, в результате чего были отправлены под стражей в Польшу. Отец первого царя из династии Романовых, Михаила Федоровича. После возвращения из плена в 1619 г. - патриарх всея Руси и фактический правитель государства.) и Голицына (См. примеч. на стр. 126.) в сопровождении тысячи знатнейших людей для принятия его сына в качестве императора.

Прибыв к Смоленску, где находился король, осаждая этот город (Осада Смоленска польским королем Сигизмундом III началась в сентябре 1609 г. Оборону крепости возглавил воевода М.Б. Шеин. Смоленск был взят поляками 2 июня 1611 г. после почти двухлетней осады и пяти приступов.), они умоляли короля отдать им сына на царство, не осаждать больше Смоленск, не опустошать страну своего сына, но соблаговолить удалиться в Польшу, согласно договору.

На это польский король отвечал, что раньше Смоленск принадлежал польской короне, и поскольку осада ему стоила дорого, то он не хочет от неё отказываться, пока не возвратит Смоленск под свою власть, что же касается сына, которого они просят себе в качестве императора, то он хотел бы об этом ещё подумать.

Послы, лишённые своих надежд, писали ко всему народу, что их обманули и предали, что король не хочет отдавать своего сына, а потому они могут истребить всех поляков в Москве, за исключением главных лиц, с тем, чтобы обменять их на послов.

Некоторые из этих писем дошли до русских, но несколько из них попало в руки польского короля, который велел тайно предупредить своего [136] генерала Гонсевского (Wevlsky) (Гонсевский Александр Корвин (ум. ок.1645), польский военачальник и дипломат. Летом 1610 г. присоединился к войску коронного гетмана С. Жолкевского и вместе с ним вошел в Москву по приглашению Семибоярщины. После отъезда Жолкевского стал начальником польского гарнизона в Кремле. В марте 1611 г. подавил восстание в Москве, приказал сжечь Москву. Выгорело все Замоскворечье, Земляной и Белый город. Только Кремль и Китай город, где засел польский гарнизон, оказались в целости.) о замыслах русских. Последний принял меры предосторожности, и когда русские взялись за оружие, думая захватить поляков врасплох, то нашли поляков готовыми к отпору. Они так стремительно атаковали бедных русских, что перерезали их от тридцати до сорока тысяч и сожгли Москву, сохранив только Кремль и следующую за ним каменную стену.

Что касается русских, посланных с посольством для приёма сына польского короля, то они все были отосланы в Польшу в качестве пленников.

Польский король взял Смоленск приступом, когда в нем оставалось в живых не более полутора сот жителей, а остальные погибли от мора во время осады. В числе уцелевших был и воевода.

С этих пор русские, испытав столько несчастий, не ожидая от поляков ничего, кроме полной погибели, призывают себе на помощь татар и собирают из последних усилий примерно шестьдесят тысяч человек, идут прямо на Москву, где разбивают до четырёх тысяч поляков, а оставшиеся три тысячи осаждают в московском Кремле (Речь идет о действиях Первого ополчения Прокопия Ляпунова.). В таком положении русские находились в прошедшем октябре 1611 года.

Пока русские были заодно с поляками, польский король прислал в Новгородскую землю Ивана Михайловича Салтыкова (Салтыков Иван Михайлович, дворянин московский и воевода, старший из четырёх сыновей М.Г. Салтыкова, фактического главы Семибоярщины. В 1610 г. вместе с отцом участвовал в посольстве к польскому королю с предложением престола королевичу Владиславу. В Клушинской битве находился в польском лагере, занимался активной агитацией в русских войсках против Василия Шуйского. Осенью 1610 г. был отправлен в Новгород для приведения к присяге Владиславу жителей Новгорода и округи. Казнен весной 1611г. в Новгороде.), природного русского, на воеводство с тем, чтобы остановить движение шведского короля, будучи уверенным, что тот не упустит времени, чтобы захватить всё возможное из русских земель.

Когда я взял Ладогу и дал знать новгородцам, что ради службы их монарху, зная о возмущении их земли, я занял эту крепость, чтобы защищать её от неприятелей как верный слуга императора и их родины, они мне отвечали, что у них есть император, избранный всей землей, Владислав Сигизмундович, а Шуйский низложен по общему согласию, что я должен возвратить им крепость, иначе они пошлют войско с русскими и польскими пушками, чтобы осадить меня. Мы много переписывались, как [137] свидетельствуют имеющиеся ещё у меня письма: они мне писали, стараясь словами и деньгами заставить меня выйти из крепости; я же, чтобы внушить им желание поддержать их свободу и защитить её от поляков, обещал им всегда сражаться за сохранение их имений, как я делал это прежде; после этой переписки дело дошло до драки.

Они предпринимают все возможные усилия, чтобы вытеснить меня из крепости, но в течение семи месяцев, пока я её защищал, они только один раз смогли собрать во всей земле семь или восемь сот человек, которые расположились в полулье от крепости, за рекой, желая помешать доставке фуража и причиняя мне много неудобств. Я выслал пятьдесят всадников и тридцать пехотинцев в двух лодках, а также одну пушку, чтобы разбить их лагерь. Они заставили русских покинуть лагерь и подожгли его.

После неудачной попытки лишить меня фуража они собрали примерно 1500 человек под начальством князя Ивана Можайского (Ivan Mageasque) (По-видимому, речь идет об Иване Афанасьевиче Мещерском.), который стал лагерем на расстоянии пушечного выстрела от крепости. Здесь я его атаковал с сотней всадников и пушкой и разбил всю его пехоту и кавалерию, которая не могла пуститься вплавь; таким образом, я заставил снять осаду. Пока я защищал крепость, у меня не было никаких известий от господина Делагарди, вопреки его обещаниям. Из двух отрядов, что я к нему посылал, ни один не вернулся, что заставило наших солдат думать, что шведы хотят нас бросить. Медленное развитие событий привело к тому, что Иван Михайлович Салтыков получил время послать в Москву за помощью, чтобы меня осадить. Собрав ещё три или четыре тысячи человек, послал на меня сначала князя Григория Константиновича (Gregori Konstantinowitz) (Волконский Григорий Константинович, по прозвищу Кривой (ум. 1634), князь, окольничий и воевода, дипломат. В 1610 г. отправлен в Новгород. Вместе с И.М. Салтыковым участвовал в осаде Ладоги.) с двумя тысячами человек, которые расположились в трёх лье от крепости. Не будучи уверенным, что они находятся там, я отправил моего брата (Делавиль Жак, погиб в феврале 1614 г. в ходе осады Пьером Делавилем Псково-Печорского монастыря.), чтобы взять языка. Он, зная, что русским неизвестно число неприятелей, видя их лагерь в укромном месте, въехал в него.

Началась тревога, большая часть русских бежала. Но мой брат запутался во вражеском лагере, имея с собой шестьдесят всадников. Он хотел отступить, но на него напала вышедшая через задние ворота лагеря рота копейщиков, прежде чем мой брат построил отряд в порядок. Это было причиной того, что он был разбит и взят в плен, все его товарищи были убиты или пленены, ибо неприятелей было две тысячи человек.

После такой потери у меня осталось в крепости тридцать господ и тридцать слуг, большей частью без оружия. [138]

Неприятели, зная о моём положении, стали осаждать меня с близкого расстояния. Но прежде привели моего брата и всех пленников на вид крепости, требуя от меня её сдачи в обмен на брата, а в противном случае угрожая умертвить его на моих глазах.

Я предложил им выкупить моего брата за деньги или обменять его на пленных. Об этом они не хотели и слышать. Узнав мой ответ, что честь моя велит мне охранять крепость и что я решил не поддаваться на их угрозы, они сделали вид, что убивают моего брата, но вместо него убили двух пленных. Они полагали, что, увидев это, я посчитаю брата убитым и сдам крепость. Видя, что хитрость не удалась, Иван (Салтыков?) идёт на приступ, расстреливает меня калёными ядрами, пытается зажечь крепость, но по милости Божьей огонь мы затушили. Но солдаты наши были этим так испуганы, что четверо из них спрыгнули со стен и перешли к неприятелю.

В этом бедственном положении, претерпев два или три приступа, без надежды на помощь, я сдал крепость Ивану Михайловичу, который согласился выпустить меня с оружием и обозом, с развёрнутым знаменем, при звуке труб и со всеми нашими богатствами. Согласно условиям капитуляции, мне отдали моего брата, всех пленных французов, бывших в его (Салтыкова) распоряжении, мне позволили уйти, куда я хочу. Дали мне в качестве проводника вплоть до шведской границы князя Ивана Можайского, знатного придворного.

Русские сдержали своё слово, они благодарили меня за службу, которую я оказал их стране, хотя под конец я воевал против них. Мне дали понять, что они осаждали меня поневоле и что великий канцлер их страны (По-видимому, речь идёт о Федоре Ивановиче Мстиславском (ум. 1622), формальном главе Семибоярщины.) сделает всё, чтобы убедить меня привести в их службу три или четыре тысячи человек.

Причина, по которой генерал (Делагарди) не пришёл мне на помощь, состояла в том, что после умерщвления господина Режиа (Raigia) и его солдат (Мятеж наемников под командованием француза Режи де Верне произошел в районе Ивангорода в конце августа 1610 г. Этот командир привел из Финляндии в Нарву 23 августа дополнительные подкрепления. Наемники подняли мятеж, требуя платы, некоторые из них перебежали в лагерь защитников Ивангорода. Другая часть наемников стала грабить Нарву, воспользовавшись пожарами в городе. Мятеж был подавлен в начале сентября 1610 г. По словам Видекинда, Режи, «когда его везли в Швецию на казнь по заслугам, замыслив бегство в пути, был убит пулей одного из стражей и погиб смертью, достойной его позорной жизни».) шведский королевский совет постановил оставить меня в крепости, не доверяя более людям моей национальности; решили дожидаться, когда они смогут с помощью своих людей хитростью лишить меня командования, зная, что с имеющимися у них иностранцами этого сделать нельзя, [139] поскольку иностранцы меня любили. Таким образом, меня оставили на семь месяцев, не послав ни одного письма, хотя дороги были свободными (Делавиль здесь ошибается. Делагарди неоднократно пытался оказать помощь французскому гарнизону в Ладоге. Но все попытки заканчивались неудачей.).

Не успел я достичь границы Финляндии, как вдруг то войско, которое меня осаждало, рассеялось. Поскольку пришло известие об истреблении русских поляками в Москве, которое привело всю страну в возмущение, как я уже перед этим говорил. Иван Михайлович Салтыков был посажен на кол собственными людьми (Это произошло в конце марта - начале апреля 1611 г. Вскоре после капитуляции Ладоги И.М. Салтыков вместе с другими польскими сторонниками был арестован, а через месяц казнен. Новгород перешел на сторону ополчения Ляпунова.), как воевода, посланный польским королём.

При таком возмущении шведский король не теряет времени, посылает своего генерала господина Делагарди с тремя тысячами войска, который берёт Новгород, а затем и вся Новгородская земля переходит к нему (Шведы взяли Новгород в ночь на 16 июля 1611 г. У Делагарди при этом было около 5 тыс. солдат.). Русские, бывшие на границе со Швецией, посылают посла к шведскому королю, прося его прислать своего второго сына (27 августа 1611 г. к Карлу IX был направлен И. Т. Якушкин с письмом, в котором перечислялись условия договора новгородцев с Делагарди от 25 июля 1611 г. В конце 1611 г. новгородцы приняли решение об отправлении посольства в Швецию с просьбой прислать одного из сыновей Карла IX - Густава Адольфа или Карла Филиппа - на московский престол.), которого сразу же после прибытия они объявят императором.

Когда это посольство прибыло в Швецию, шведский король скончался (Карл IX умер 9 октября 1611 г., и в ноябре того же года на престол Швеции вступил его старший сын Густав Адольф (1611-1632)). Государственной ассамблее препоручили дать ответ посольству, и это будет первое дело, которое она поставит на обсуждение.

(пер. С. А. Мезина)
Текст воспроизведен по изданию: Пьер Делавиль и его сочинение о смутном времени // Историографический сборник, Вып. 23. Саратов. СГУ. 2008

© текст - Мезин С. А., Рабинович Я. Н. 2008